Неточные совпадения
Каждый требовал себе излюбленный напиток. Кому подавалась ароматная листовка: черносмородинной почкой
пахнет, будто весной под кустом лежишь; кому вишневая — цвет рубина, вкус спелой вишни; кому малиновая; кому белый сухарный квас, а кому кислые
щи — напиток, который так газирован, что его приходилось закупоривать в шампанки, а то всякую бутылку разорвет.
Щи Досифеи, конечно, оставались теми же и так же аппетитно
пахли специальным букетом.
Поселенцы получают соль по льготной цене и в долг, тюрьма затем покупает у них рыбу по дорогой цене, чтобы поощрить их, но об этом их новом ничтожном заработке стоит упомянуть только потому, что тюремные
щи из рыбы местного поселенческого приготовления, по отзывам арестантов, отличаются особо отвратительным вкусом и нестерпимым
запахом.
Его белье, пропитанное насквозь кожными отделениями, не просушенное и давно не мытое, перемешанное со старыми мешками и гниющими обносками, его портянки с удушливым
запахом пота, сам он, давно не бывший в бане, полный вшей, курящий дешевый табак, постоянно страдающий метеоризмом; его хлеб, мясо, соленая рыба, которую он часто вялит тут же в тюрьме, крошки, кусочки, косточки, остатки
щей в котелке; клопы, которых он давит пальцами тут же на нарах, — всё это делает казарменный воздух вонючим, промозглым, кислым; он насыщается водяными парами до крайней степени, так что во время сильных морозов окна к утру покрываются изнутри слоем льда и в казарме становится темно; сероводород, аммиачные и всякие другие соединения мешаются в воздухе с водяными парами и происходит то самое, от чего, по словам надзирателей, «душу воротит».
— Важно! Москвой
запахло! — говорил он, когда на стол ставили пустые
щи.
Прежде всего его обдал страшный смрад, в котором по преимуществу разило
запахом кислых
щей и махорки.
Брат мой Николай, сидя у себя в канцелярии, мечтал о том, как он будет есть свои собственные
щи, от которых идет такой вкусный
запах по всему двору, есть на зеленой травке, спать на солнышке, сидеть по целым часам за воротами на лавочке и глядеть на поле и лес.
Хозяйка несла из печи чашку со
щами.
Пахло грибами и капустой. Ломти хлеба лежали на столе.
Швейцар — старый, заплесневелый, сидит в бумазейной куртке и не торопясь чистит булаву, а жена его в каморке готовит
щи,
запах которых сообщает строению жилой характер.
Говоря эти слова, он входил в переднюю;
запах горячих
щей несся ему навстречу из залы.
Из теплой избы, с
запахом горячих
щей, он опять очутился на улице.
Ничто уже, по-видимому, не радовало теперь старика — не радовал даже
запах горячих
щей, которые дымились на столе; он отказался от обеда и молча улегся на печку.
Она садилась и кушала с ними
щи, кашу и картошку, жаренную на бараньем сале, от которого
пахло свечкой.
Так прошло около часа. Из-за желтых полей, по ту сторону моста, поднялось солнце. В темную закопченную хату, пропитанную
запахом овчины и вчерашних
щей, хлынули через два окна два воздушные столба веселого золотого света, в которых радостно заплясали бесчисленные пылинки. Козел вдруг быстро сбросил с себя кожух и сел на печке. Его старческие бесцветные глаза широко раскрылись с выражением безумного ужаса. Посиневшие губы криво шевелились, не произнося ни звука.
Двигался туман и огни, и опять о грудь Павла бились плечи женщины и перед глазами болталось большое загнутое перо, какие бывают на погребальных колесницах; потом что-то черное, гнилое, скверно пахнущее охватило их, и качались какие-то ступеньки, вверх и опять вниз. В одном месте Павел чуть не упал, и женщина поддержала его. Потом какая-то душная комната, в которой сильно
пахло сапожным товаром и кислыми
щами, горела лампада, и за ситцевой занавеской кто-то отрывисто и сердито храпел.
Ему помнится противный тяжелый
запах кожи, вкусный пар от
щей, которые хлебал Игнат, когда он вошел к нему.
Чувствуемый оттуда
запах махорки и какими-то прокислыми
щами делали почти невыносимым жизнь в этом месте.
— Дегтем
запахло… — сказала жена. — Дегтем или… чем-то таким, луком…
щами.
Девочка горит от стыда от одних размышлений, что с нею может случиться. А места нет и нет. Извозчики говорят: «иди к нам в стряпки: хорошие
щи будешь варить — маткою звать будем»… Ей не хочется в «матки» к извозчикам — у них так сыро и гнило в их низкой подвальной квартире, с подпорками и черными стенами, где стоит густой тяжелый
запах от сырых потников и полушубков… Это совсем не то, что было у покинутых хозяев, от которых свела ее тетка…